"Ибо в том, что я пишу и создаю сегодня и буду сотворять завтра, вижу незримую поддержку и улыбку моего страстного, непутевого, горячего в поступках и желаниях, страстях и бедах человеческих, моего незабвенного отца. Может, таким образом облегчу перед ним свою вину, и маленькая девочка с непослушными косами, заплетенными его добрыми руками, перестанет молчаливо заглядывать мне в самую душу".

Ирина ШАТЫРЁНОК, "Старый двор".
Вы тут: Главная»Рубрики»Писатели»Интервью»

Кто же «отстреляет» графоманов?

13/12/2019 в 19:12 Алесь Новікаў критика , проблемы

 

Ох уж эта окололитература – затягивает. Чем сильнее загибается отечественная литература, тем все устойчивее желание забить на все болт и оставить критику, зачыніць партал. Однако встречаю среди писателей и критиков не только сукиных детей, и хандра проходит.

 

 

Практически всегда подхожу к материалам, которые мне приглянулись, с ответственностью. Если есть ссылки, обязательно смиренно иду в указанную мне сторону. Или сам гуглю то, что нужно. Вот и в интервью критика П.Абрамовича есть упоминание об одной теме: «Трэба бяз жалю адстрэльваць графаманаў». Это из его давнего интервью «Нашей Ниве». Конечно, я разыскал его и был удивлен. Помещаю в своем переводе с комментарием.

 

 

***

 

 

Абрамович: «Нужно без жалости отстреливать графоманов»

Критик наезжает на литпрэмии, валит графоманов и считает нацизмом отрицание русскоязычных авторов.

(«Наша Нива», 25.10.2010г.)

 

Снова беларусы не получили Нобеля по литературе. Кто из беларусских писателей достоин представлять страну за рубежом? Разговор с критиком Павлом Абрамовичем.

 

 

«НН»: Павел, вы скептически относитесь к Нобелевской премии по литературе. Почему?

 

ПА: Я скептически отношусь к каждой литературной премии. Ведь их присуждают живые люди со своими литературными вкусами и взглядами. Даже в пределах одного жюри нет согласия. Что касается «нобелевки», то эта премия вызывает нарекания почти с первых лет существования – известно, как секретарь Шведской академии Карл Вирсэн решительно возразил против награждения Льва Толстого.

 

Какие-то бюрократы сидят в Стокгольме и каждый год «играют в бисер», избирая чаще невесть кого. Но несмотря на субъективный фактор, Нобелевская премия остается сокровенной мечтой каждого писателя. Жаль, что многие уходят, не получив ее. Как Сэлинжер или Набоков.

 

«НН»: Весь шум с выдвижением на получение Нобеля Бородулина, Алексиевич, Марчука принес какой-то результат для нашей литературы?

 

ПА: Никакого. Плоды национальной литературе и обществу принесло бы награждение Василя Быкова – безупречного человека и писателя, с существованием которого считалась беларусская власть.

 

Тогда бы никто не осмелился шикнуть, что белорусского языка не существует, что в нашей культуре нет ничего выдающегося. Не исключено, при определенных условиях это вызвало бы настоящие изменения в обществе.

 

«НН»: Мы не можем популяризировать за рубежом всю литературу. Надо продвигать отдельных авторов. Понятно, что Колас, Купала, Богданович неактуальные вне Беларуси. Кого тогда делать литературным лицом страны?

 

ПА: Молодых литераторов. Каждого из них, кто имеет особый стиль. Сейчас я читаю роман Алексея Толстова «Бег». Текст написан нервами, за ним виден человек, «человек с мозгом, сердцем и настоящими чувствами», как писал Акутагава. Толстов может быть в числе этих избранников. Не надо забывать и русскоязычную белорусскую литературу. Татьяна Замировская, Виктор Мартинович... Некоторые критики вообще отказывают русскоязычным писателем Беларуси в существовании. Но это – нацизм.

 

«НН»: Посредничество каких стран может принести плоды: издаваться в англоязычном мире, немецкоязычном?

 

ПА: Волны белорусской литературы должны сначала пройти через Польшу, Украину, Литву, Латвию, Россию. Кстати, польский книжный рынок – один из самых перспективных. В 2008-м только за бюджетные средства там издали 147 млн. экземпляров – это 3,8 книги на одного поляка. В Украине, к примеру, всего 0,6.

 

Конечно, спрос диктует предложение. Если будут заказы от английских или немецких издателей, нужно немедленно их удовлетворить, так как качественные тексты у нас действительно есть. Например, немцам понравился роман «Город Солнца» Артура Клинова, произведения Светланы Алексиевич приобретают сценическое воплощение в Италии, о романе «Паранойя» Виктора Мартиновича пишут «The New York Times Book Review» и «The Guardian».

 

«НН»: За рубежом в дружеских переводах появляются произведения посредственных авторов (большое значение имеют частные знакомства). Но там, где они печатаются, по ним судят обо всей белорусской литературе...

 

ПА: Приведу пример. Подруга моей жены вышла замуж за испанца, который возглавляет книжное издательство. Когда он узнал, что россияне считают современным испанским писателем-интеллектуалом номер один Артура Переса-Реверте, схватился за голову. Ведь испанцы его книги воспринимают как чтиво на один сезон. Читатель действительно может составить искаженное представление о современной литературе той или иной страны, когда вперед выходят недобросовестные издательства. Или дружки, которые имеют деньги и продвигают знакомых графоманов в литературных кругах своей страны. Поэтому нужно распространять культурные связи, создавать школу национального перевода. А критикам нужно пристально следить за тем, что с иностранной литературы распространяется на внутреннем рынке и что из отечественной литературы попадает за границу.

 

И без жалости отстреливать графоманов, сбивать спесь с голых королей.

 

«НН»: А как доносить отечественную литературу до белорусского читателя с учетом его неспособности ориентироваться в авторах?

 

ПА: Вернуть литературу на газетные страницы, организовать отделы критики, найти талантливых колумнистов, которые бы писали о литературе. И внимательно просматривать читательскую почту: может в деревне Малая Богатьковка уже появился новый Максим Горецкий.

 

Страшным недостатком белорусского литературного процесса является исчезновение так называемой писательской критики, которой с начала прошлого века по праву гордилась наша литкритика. Поэты и прозаики сейчас не пишут эссе типа «Загадки Богдановича» Михаила Стрельцова и годовых литературных обзоров по примеру Янки Брыля. Почему? Мне совершенно не понятно. Тем более, что творцы старшего возраста состоялись не в последнюю очередь благодаря поддержке, которую им оказали в прессе товарищи по литературному цеху. Вот почему они должны выплатить долг. Кстати, доверие к литературной критике, созданной писателями, у читателя по-прежнему велико.

 

И этот критический жанр, когда его воссоздать, пробудит литературную жизнь страны.

 

Мы должны воспитывать вкус к качественной литературе, вообще к чтению книг. Язык здесь не является препятствием. Настоящий читатель, каким был Максим Богданович, выучил белорусский язык и начал писать стихи на нем. Я подсчитал в «ЖЖ», что активное читательское сообщество художественной литературы Беларуси в лучшем случае составляет 50-60 тысяч человек.

 

И «триада» – писатели, критики, журналисты – должна делать все возможное, чтобы эта цифра не осталась на бумаге.

 

Беседовал Сергей Макаревич

 

***

 

Скажу откровенно: написать комментарий сейчас не смогу. Все настолько запущено, что он получится больше текста интервью. Знаю, что ты, читатель, уже устал. Такие большие объемы не часто потребляешь. Потому прокомментирую в отдельном материале (ссылка).

 

Отмечу лишь позицию критика: он над всеми и производит директивные указания, как секретарь парткома. Тем не менее, П.Абрамович акцентирует внимание на немалом количестве проблем. Он просто втягивает в дискуссию. Возможно, у него такая методика ведения дискуссии…

 

 

Александр Новиков (#алесьновікаў)

Оставить комментарий (0)

Поделиться в соц.сетях:

Система Orphus

Нас считают

Рейтинг@Mail.ru

Откуда вы

free counters
©2012-2020 «ЛитКритика.by». Все права защищены. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.